-5.5 C
Москва
Среда, 21 февраля, 2024

«Полного возврата назад не произойдет»

Интересное

Человечество проходит испытание пандемией. Про каждый штамм, включая «омикрон» говорят, что он уж точно последний. Но это, скорее, надежда, чем прогноз. Прогнозы значительно хуже — и гендиректор ВОЗ Тедрос Аданом Гебрейесус, и глава Центра имени Гамалеи Александр Гинцбург сходятся в одном — ближайшее будущее человечества будет связано с коронавирусом.

Пандемия уже поменяла миропорядок и фактически скорректировала систему прав человека, некоторые вообще считают, что ее уничтожила. Ведь удивительно, что какие-то заявления о защите прав личности, скажем, в вопросе прививок, делают Владимир Путин и Александр Лукашенко, а, скажем, новый канцлер Германии Олаф Шольц выступает за обязательную вакцинацию по примеру Австрии. Западные антиваксеры часто ссылаются на опыт России, правда, он весьма печален в плане избыточной смертности, которая уже перевалила за миллион.

Кроме того, невероятных масштабов достигли теории заговоров и конспирология. Тут вам и чипизация, и Рокфеллеры с Ротшильдами, и Билл Гейтс, и англосаксы, и сионисты, и заговор врачей, чтобы получать больше денег. Но это как раз психологическая реакция на тяжелые и часто даже катастрофические события, связанные с попытками найти им простое объяснение и при этом не сойти окончательно с ума от неизвестности.

На самом же деле система борьбы с пандемией — вопрос политический, который напрямую увязан с подходами к защите прав человека и баланса между интересами личности и общества. И после пандемии, очевидно, полного возврата назад не произойдет. Но так ли уж все было хорошо, а стало плохо?

Право на жизнь всегда было приоритетом, однако не возникало после войны ситуаций, когда его было необходимо всем миром защищать в ежедневном режиме на всем земном шаре. Поэтому человечество стало выводить в приоритеты другие права — свобода слова, свобода выбора, свобода собраний, свобода передвижения, а право на жизнь воспринималось, как само собой разумеющееся. Сейчас же рамки других прав сузились. Обязательные маски, обязательная вакцинация, в пыль разлетелась свобода передвижения, свобода собраний ограничивается санитарными правилами, да даже свобода вероисповедания столкнулась с необходимостью посещения служб в режиме онлайн.

Казус Джоковича

Весь мир следил за настоящим триллером о въезде теннисиста Новака Джоковича в Австралию. Суд решил, что он не имеет права на въезд, потому что не вакцинировался, а его сведения о болезни вызывают сомнения, ибо в то время, когда он должен был, согласно документам, находиться на карантине, спортсмен ходил по Белграду и общался с журналистами без маски. 

Ну казалось бы, какую опасность Джокович представляет для австралийцев? Тем более что спортсмены живут в так называемых «пузырях» и никак не контактируют со внешним миром. Однако Австралия находилась на максимально жестком карантине с закрытыми границами, поэтому граждане месяцами не могли не просто встретиться с родственниками, но даже поехать к больным родителям или похороны. Это можно считать перегибами, но в Австралии умерли от коронавируса менее 3000 человек. В России такая смертность, если верить данным Росстата, была в сутки на пике волны штамма «дельта». И, конечно, такие жесткие правила должны быть общими для всех, в том числе и Джоковича, иначе их просто перестанут соблюдать.

Вечеринки Джонсона и Лукашенко как защитник прав человека

Как раз с опасностью несоблюдения ограничений столкнулась Великобритания после того, как стало известно о том, что премьер Борис Джонсон при введенном локдауне проводил вечеринки в своем офисе. Политик встал на грань отставки и поэтому просто отменил все ограничения. В его ситуации это было единственное верное решение. Правда, мэрия Лондона уже поправила премьера и сохранила масочный режим на общественном транспорте. Тем не менее, пока антирейтинг Джонсона не сократился. Значит, можно констатировать еще одно важное правило пандемии — ограничения прав должны быть общие для всех безо всяких исключений. Это поняла премьер Новой Зеландии Джасинда Ардерн, которая из-за роста числа заражений «омикроном» не только объявила максимально жесткий «красный уровень» ограничений, но и отменила собственную свадьбу.

На фоне всего этого громче всех о соблюдении прав человека говорит президент Белоруссии Александр Лукашенко. Обязательный масочный режим он отменил после того, как оппозиция в соцсетях стала распространять картинки «если ты против Лукашенко, носи маски», обязательной вакцинации в стране никогда не было, а теперь настала вообще полная свобода. Сам президент пошел с хриплым голосом, как оказалось инфицированный «омикроном», на большое собрание в честь Старого Нового года, где все, включая главу государства, были без масок. Рядом с Лукашенко стоял митрополит Вениамин, который после этого прямиком отправился на больничный. 

Что в России?

В России ситуация немного другая. Президент Путин находится в изоляции и соблюдает меры безопасности, хотя, например, ни разу за пандемию не надел маску. Но при этом в Интернете можно найти кучу фотографий того же пресс-секретаря Дмитрия Пескова и других чиновников, которые безо всяких масок и социальных дистанций посещают массовые мероприятия — от открытия катков до собственных дней рождения. 

Часто пропаганда, как в России, так и в Белоруссии, рассказывает о том, что именно эти две страны являются по-настоящему свободным миром. Пока на Западе людей закрывали дома, граждане, проживающие в Союзном государстве, могли спокойно не просто выходить из дома, но и посещать концерты, выставки, кафе и рестораны. 

На первый взгляд кажется, что все перевернулось в сфере прав человека. Страны, которые указывали России и Белоруссии на нарушение прав, скажем, на нарушение права на свободу собраний и призывали не лупить дубинками вышедших на мирные акции, вдруг ограничили все базовые права человека, а Россия и Белоруссия встали на их защиту, отказавшись от локдаунов, обязательной вакцинации и в случае Белоруссии даже масок.

Однако мотивы у России и Белоруссии, как, кстати, и у многих стран Восточной Европы, которые тяжело переживают пандемию, совсем не правозащитные. Во-первых, экономические, ибо борьба за право на жизнь довольно дорогая. Те же локдауны стоят серьезных денег. Во-вторых, в таких странах невозможно обеспечить равенство ограничений для всех, соответственно, они бессмысленны. В пример можно привести того же серба Джоковича, который с положительным тестом ходил по Белграду без маски, в том числе в закрытых помещениях своей теннисной академии. Для всех остальных это все означало бы серьезный штраф, а за Джоковича перед властями Австралии заступался президент Вучич.

***

По сути решения властей связаны с тем, что граждане поощряют это неравенство. Даже если осуждают Пескова без маски на открытии катка, они говорят о том, что ему лично ничего не грозит, а старики все равно умрут когда-нибудь. При этом ведь так не бывает, что если государство не защищает право стариков на жизнь, оно вдруг начнет защищать право на свободу собраний, а на лупить вышедших дубинками. 

Поэтому в России борьба с коронавирусом заключается в откровенной манипуляции информацией. Когда пришел «омикрон» и заболеваемость ушла в цифры за 60 тысяч в сутки, власть стала делать акцент на количестве госпитализированных, потому что эта цифра меньше. Этот подход приведет к тому, что снова буду побиты рекорды смертности. 

А мир поменялся только на первый взгляд. На самом деле мы просто забыли в благополучные времени, что основное право человека — право на жизнь. Поэтому задача государства и общества его обеспечить. И это требует самопожертвования, в том числе и рядом своих прав. В конце концов, если государство не уважает право на жизнь, оно никогда не будет уважать другие права. 

Публикации рубрики «Мнение» выражают личную точку зрения их авторов.

Поддержи независимую журналистику

руб.

- Advertisement -spot_img
- Advertisement -spot_img

Последние новости