0.4 C
Москва
Среда, 18 ноября, 2026

«Публичное оскопление Путина». Соцсети – об ударе по Крымскому мосту

Интересное

В ночь на вторник украинская армия в четвертый раз за время полномасштабной войны с Россией ударила по мосту через Керченский пролив, что привело к его частичному обрушению.

Движение удалось быстро восстановить лишь по железнодорожной части моста – и то, только по одному из двух путей. Восстановление автомобильной дороги может занять месяцы, а по самым пессимистичным прогнозам – годы, поскольку для этого придется сделать и доставить в Керченский пролив новую арку моста вместо той, что была уничтожена и упала в море в результате украинского удара.

В это же время российские военные вновь атаковали мосты в Киеве (по одной из версий, удар по Крымскому мосту и был ответом на начавшиеся уже давно удары по мостам через Днепр в украинской столице). Впрочем, в отличие от Крыма и Краснодарского края, правый и левый берега Днепра в Киеве соединяют более пяти мостов, кроме того, власти города уже начали строительство тоннеля под рекой и понтонных переправ на случай ухудшения ситуации с российскими атаками.

Украинцы и ее сторонники в противостоянии с Россией ликуют, «военкоры» ноют и пытаются обесценить последствия удара, а жители Крыма предрекают полуострову полную изоляцию. Кто-то видит в случившемся чисто символический смысл: военные грузы по Крымскому мосту после украинской диверсии 2022 года и так перевозят лишь в крайних случаях, для этого россияне используют «сухопутный коридор» через оккупированные части Донецкой и Запорожской областей Украины.

Эта сухопутная дорога, однако, находится в пределах досягаемости украинских дронов и атаки на военные и гражданские грузовики происходят здесь каждый день – несмотря на замедление скорости работы терминалов спутниковой связи Starlink. Более того, в ночь на 17 ноября Украина также в очередной раз ударила по недавно отремонтированному после предущих атак мосту через реку Миус в Ростовской области, из-за чего машинам теперь приходится преодолевать участок от Таганрога до Новоазовска через объезд длиной почти 60 километров, который, к тому же, расположен ближе к линии фронта.

Некоторые посты переведены с украинского, а также сокращены с сохранением смысла. Мат и лексика, разжигающая рознь по национальному признаку, заменены на звездочки и синонимы редакцией или авторами постов.

Александр Горный

Крымского моста нет и сколько не молчи это видимо уже случилось. Фотографии уже вовсю ходят в интернете пока официальные источники молчат. Для меня это личная трагедия, я много раз с Мушкой был на его строительстве. Что дальше? Боюсь мы на пороге блокады полуострова, про следующий турсезон стоит забыть как минимум до 2028. Какие возможные сроки восстановления? Не менее 6-8 месяцев ударных темпов, но с учетом рисков атак противника эта задача точно не сейчас. Непонятна судьба железнодорожного моста и безопасности движения по нему. Нужны ответы на вопросы, не потом, а сейчас, чтобы люди понимали, что делать дальше. С электричеством проблемы, впереди холода. Надо уметь честно смотреть проблемам в глаза, а нашему руководству не заниматься переговорами, а под корень стереть противника любыми средствами. Потеря моста – это результат того, что все прекрасно понимают. Боль и ещё раз боль.

Yakovina Ivan

В странном мире путинского сознания Керченский мост – это проекция его члена, мужской гордости.

Крым для Путина стал в полной мере «своим» не весной 2014 года, а лишь когда он дотянулся до него своим мостом, поднял и утвердил его там.

Кстати, в российских СМИ, официальных документах и у Z-блогеров этот мост обязательно СТОИТ, а не «соединяет берега», например.

Поэтому сегодняшний удар – это публичное оскопление Путина, отрезание его достоинства, которое сейчас ЛЕЖИТ в холодной воде, раздавленное, безжизненное и оторванное от тела.

Думаю, у Путина сейчас очень плохое настроение. Ему обидно и больно.

Аркадий Бабченко

Доброе утро, Крымский мост! Арка была слабым местом – слишком большие нагрузки – и ЗСУ нашли его. Поврежденная накануне арка, не выдержала нового удара – говорят, крылатой ракетой – и упала в море, потянув за собой по меньшей мере три пролета.

Если пострадали опоры, восстановить будет крайне сложно.

Логистика в Крым сейчас под большим вопросом.

Автомобильное и железнодорожное движение остановлено, а упавшая в воду арка заблокировала и судоходство. Надолго. Ремонтировать все это будет сложно, потому что удары, очевидно, не прекратятся. Ждем теперь вторую арку.

Крымский мост – это символ оккупации Украины

Крымский мост – это символ оккупации Украины.

И вот этот символ разрушен.

И теперь Путину с этим обоссанным символом придется ехать в Китай — на встречу с Трампом и Си, делить мир на троих.

Если кто хранил шампанское – можно открывать.

Андрей Пивоваров

Обрушение Крымского моста, конечно, главное событие сегодняшнего дня, а может быть, и за долгое время.

Мост стал одним из главных символов путинской аннексии Крыма. Не сомневаюсь, что на его восстановление бросят огромные силы, устроят стахановское движение и в каком-то виде переправу восстановят. Пропаганда ещё и объявит это великой победой.

Но есть в этой истории одна деталь: о том, как именно был нанесен удар.

В уничтожении пролёта моста участвовали ракеты RUTA компании Destinus. Её основатель — Михаил Кокорич, бывший российский предприниматель, который пытался развивать в России частную космонавтику. Такой отечественный Илон Маск, в хорошем смысле слова.

Вместо того чтобы поддержать талантливого предпринимателя, Роскосмос и государство сделали всё, чтобы его загнобить. Кокорич закрыл проекты, потерял огромные деньги и уехал из страны.

Теперь успешно работает на Западе. И его компания производит ракеты, которыми уничтожают главный путинский символ в Крыму.

Вот вся суть путинского режима. Вместо того, чтобы развивать собственную науку и технологии, он выдавливает талантливых людей из страны, а потом получает их разработки обратно. Уже в виде ракет.

Мне бы очень хотелось, чтобы такие люди, как Кокорич, строили в России мирный космос. Чтобы страна соревновалась за лидерство в технологиях, а не за количество захваченных территорий.

Но Путин выбрал войну. И теперь ракеты российского предпринимателя обрушивают его мост.

Сергей Медведев

Поражение Крымского моста в Керчи – это важнейшее символическое событие, показывающее, что никакой объект в россии теперь не может считаться безопасным, включая Кремль и Валдай – это вопрос времени, подготовки (выбивания систем ПВО и РЭБ) и комбинации средств поражения.

И это обозначает тот главный фронт, на котором россия обречена: технологический. Пять лет назад, планируя «Киев за три дня», россия имела дело с одной Украиной, вооруженной старой советской техникой типа «Точки-У» и недоделанным «Нептуном». Теперь это технологически превосходящая Россию держава с арсеналом западных средств поражения и собственных пионерских разработок – умных, недорогих и легко масштабируемых. И поддержкой передовых платформ со всего мира (кто не в курсе – пока Маск тормозит свой Старлинк, ему нашли более эффективный израильский аналог). Ты нападал на нескладного пассажира в автобусе, а он по ходу дела оказался Брюсом Ли.

Ты нападал на нескладного пассажира в автобусе, а он по ходу дела оказался Брюсом Ли

И теперь огромная территория и разбросанная по ней инфраструктура россии с бесконечным меню целей для ударов оказывается голой перед этим арсеналом 21 века, так что поражение все более аппетитных и значимых объектов становится вопросом времени, подготовки и политического решения. И кстати, Крымский мост в России не один, есть и другой, недалеко от Министерства обороны.

И заметьте, не Украина начала эту войну городов и войну мостов.

Игорь Эйдман

Путина зароют под мостом

Украинцы, разрушив Крымский мост, доказали, что для них нет ничего невозможного.

Крымский мост для российских властей был не просто важнейшим транспортным узлом, но и практически сакральным символом возрождения империи. Его берегли как зеницу ока, охраняли настолько хорошо, насколько они вообще способны что-либо охранять. Я не думаю, что Кремль охраняют намного лучше.

Тем не менее украинцы разрушили этот сакральный мост. Думаю, они ещё добьют то, что осталось, может быть, даже в ближайшие дни. А значит, они могут практически всё.

Путин и Ко стали крайне уязвимы. Теперь им придётся считаться с тем, что каждый день этой войны несёт для них все новые персональные риски. Куда украинцы ударят в следующий раз? По дворцу Путина и Кабаевой? А может быть, по Лубянке? Вести войну в этих условиях становится всё опаснее лично для Путина и его окружения.

Путин всё время надеялся, что вот сейчас, сегодня-завтра ситуация преломится в его пользу. Генералы рассказывают ему о каких-то мифических успехах: еще немного побомбим, и Украина загнется, украинцы разбегутся, или свергнут власть, или произойдёт ещё что-нибудь невероятное. А всякие Дмитриевы, жуликоватые посредники, обещают, что ещё чуть-чуть – и Трамп дожмет Зеленского, тот поднимет руки вверх и капитулирует. Однако ничего такого не происходит и не может произойти. Наоборот, начиная с января, новый Конгресс будет всячески мешать предательским планам Трампа и вскоре, скорее всего, восстановит помощь Украине.

А Путин боится даже объявить всеобщую мобилизацию в условиях острой нехватки людей на фронте. То есть он в полном тупике. Его осталось только дожать.

Наступающий год может стать последним годом войны. Российские власти просто физически не смогут её продолжать. Они не способны защитить даже свой сакральный центр силы – Крымский мост, а значит, в принципе не способны противостоять ударам Украины.

Александр Роднянский

Сегодня ночью Крымский мост вновь подвергся атаке ВСУ. По предварительным сообщениям, в воду обрушились автомобильная арка и примыкающий участок дорожного полотна. Движение остановлено. Точный масштаб разрушений ещё предстоит установить.

Я редко пишу о военных операциях и не стану оценивать применённое оружие и тактику. Но у этой истории есть другое измерение – политическое. Достаточно вспомнить, какое место Крымский мост занимал в российской государственной мифологии.

Его строительство должно было сделать аннексию Крыма окончательной. Территорию, захваченную в нарушение международного права, соединяли с Россией многокилометровой дорогой. В пропагандистской логике бетон и сталь становились убедительнее дипломатических заявлений: мост существует, по нему едут машины и поезда, следовательно, вопрос о принадлежности полуострова закрыт.

В пропагандистской логике бетон и сталь становились убедительнее дипломатических заявлений

Особое значение имело личное участие Путина. В мае 2018 года он открывал автомобильную часть за рулём КамАЗа. В декабре 2019-го участвовал в открытии железнодорожного сообщения. Мост стал материальным памятником его политике.

Вокруг него создали целую культурную инфраструктуру. В 2018 году вышла бездарная романтическая комедия Тиграна Кеосаяна по сценарию Маргариты Симоньян — «Крымский мост. Сделано с любовью!».

Появились песни, клипы, почтовые марки. «Любэ» и «Фабрика» выпустили клип «По мосту». Изображение моста чеканили на монетах и печатали на марках. В 2017 году в России был организован конкурс произведений, посвящённых строительству Крымского моста. В жюри входили Игорь Крутой и Игорь Матвиенко. Победила песня водителя из Иванова Леонида Чернышева. Её исполнял Олег Газманов, который дал концерт для строителей моста.

Так и работает пропаганда.

Поэтому удар ВСУ и имеет такое особое значение. Сооружение, призванное свидетельствовать о необратимости российского контроля над Крымом, оказывается уязвимым.

Про военные последствия говорить рано, а вот пропагандистские очевидны.

Российская власть сделала мост доказательством собственной силы, исторической правоты и окончательности своих решений. Именно поэтому любое серьёзное разрушение моста неизбежно становится испытанием для всей этой конструкции идеологических представлений.

- Advertisement -spot_img
- Advertisement -spot_img

Последние новости